Ещё в конце июня этого года в Астане  представители России, Турции, Ирана и Сирии обсудили  действия государств, поддерживающих «террористические образования на севере Сирии», а также рассмотрели «дорожную карту» нормализации отношений Дамаска и Анкары. Даже анонсировали  личную встречу президентов Реджепа Тайипа Эрдогана и Башара Асада.

Так сложилось, что на территории Сирии искусственно создали на основе религии противоборство двух ветвей мусульман. По сути, в 2011 году на этой территории началась гражданская война. Вроде бы и мотивация проста, а именно часть населения восстала  против режима Башара Асада. На самом деле англосаксы разыграли противостояние  суннитского большинства против  военных алавитов (своеобразное ответвление шиитов). Правящая верхушка страны состоит из представителей алавитов. Постепенно в это противоборство были вовлечены основные государства региона, военно-политические группировки и мировые державы.

В сложившейся ситуации вообще трудно разобраться кто, за что воюет. Тем не менее, контуры преследуемых целей можно обрисовать, сирийская армия отстаивает существующий режим, за свержение алавитского правления во главе с Башарм Асадом воюет умеренная сунитская оппозиция, курды — за независимый Курдистан. ИГИЛ, то есть исламистская террористическая организация или как они себя считают Исламское государство, воюет против всех за контроль над нефтью для финансирования своей деятельности. Естественно и здесь присутствует скрытое противостояние России с США и НАТО. Россия проводит свои операции против ИГИЛ и против умеренной оппозиции, другая сторона против ИГИЛ и правительственных войск.

Немаловажную роль в этом противоборствующем регионе играет Турция. Начиная с 3 октября 2012 года из-за инцидента на сирийско-турецкой границе, она стала своеобразным участником  событий на сирийской территории. Помимо поддержки сирийской оппозиции  Турция воспользовалась сложившимися обстоятельствами и проводит борьбу против непокорённых курдов. Как известно, они борются за создание независимого государства Курдистан. Турецкой власти это желание двадцати миллионной диаспоры  не выгодно. Также в северной Сирии проживает около 2,5 миллионов курдов, в Иране более 6 миллионов, в Ираке – 7 миллионов. В тоже время в Турции уже проживает 4 миллиона сирийских беженцев.

Косвенно Турция, как будто имеет право, после сложившейся неразберихи, присутствовать в зоне противостояния на сирийской территории из-за «сепаратизма» курдов. В то же время англосаксы поддерживают стремление курдов. Также у турецкой власти в Сирии имеются различные экономические интересы. Всё же под предлогом борьбы с терроризмом Турция проявляет интерес к взаимоотношениям с Сирией. Однако, Башар Асад в интервью  каналу Sky News Arabia дал повод приостановить налаживание этих турецких устремлений. В нем сирийский лидер назвал нецелесообразной встречу с турецким коллегой Реджепом  Эрдоганом.

Посыл его прост, турецкая власть желает узаконить оккупацию сирийских земель. Сирийский лидер подчеркнул, что во время анонсированных переговоров с турецким коллегой повестка должна быть одна, а именно, вывод регулярных войск Турции с территории Сирии. Он даже откровенно высказался о ранних событиях так: «Правда в том, что терроризм в Сирии является турецкой производной». Понятно то, что Турции эта сирийская территория выгодна, как безопасный буфер на своей границе. За компромисс между этими двумя странами выступают Россия и Иран.  Выступая на регулярном брифинге 10 августа, официальный представитель Министерства национальной обороны Турции Зеки Актюрк  дал понять, что уходить с севера Сирии никто не намерен. Также он заявил, что Турция продолжает работу «по установлению стабильности в Сирии».

Коалиция во главе с США имеющая на территории Сирии боле десятка военных баз, которые расположены в основном вдоль границы с Ираком и Иорданией. Эти базы расположены в богатых нефтью и продовольствием регионах страны. Также американцы контролируют транспортные коридоры с Ираком. Наводят на разные мысли об активном наркотрафике, транзит, которого идет с территории Сирии в страны Персидского залива и далее. США обвиняют сирийскую  власть в контроле этого бизнеса, прибыль от которого  идёт на преодоление санкционного режима. В своём интервью Башар Асад снял с себя ответственность за трафик каптагона – синтетического наркотика. Эта проблема уже стала межгосударственной в этом регионе.

Разумеется сегодняшняя ситуация на сирийской территории даёт возможность Башару Асаду хоть минимально, но выставлять свои требования. Как бы не чувствовали себя американские и турецкие войска независимо от обстоятельств, но всё же там присутствуют российские войска, которые явно на стороне правящего режима. В тоже время России выгоден мир в этом регионе. Реджепу  Эрдогану также в какой-то степени выгоден мир с соседней страной. Во-первых после значительных землетрясений экономике трудно преодолевать сложившуюся ситуацию, требующую значительных вложений. Во –вторых сирийские беженцы также являются своеобразным бременем для экономики страны, и он желает, чтобы они покинули Турцию. Одним словом, высказывание Башара Асада, по всей видимости, чисто политический реверанс для усиления позиции в предстоящих переговорах с Реджепом  Эрдоганом. Нормализация сирийско-турецких отношений назрела для двух сторон.

В значительной степени повлияют на ситуацию в Сирии  результаты противоборства англосаксов и России на украинской территории. Пока же эти две стороны используют  Сирию для наращивания стратегических и политических целей. Для тактических маневров американцы используют курдские и другие радикальные формирования, Россия рассчитывает на свои морские и воздушные силы.

Символичны действия и Башара Асада, он отметил, что политика Дамаска устремлена в будущее. Для этого уже заявлено открытое желание возвратиться в Лигу арабских государств. В Сирии остро необходим мир для сохранения всех национальных и конфессиональных меньшинств, при  твёрдой общенародной парламентской и государственной власти. В связи с намеченными благими целями этой стране нужен истинный суверенитет и признание мирового сообщества, как целостной страны.