Вопрос «одни ли мы во Вселенной?» веками будоражит умы. Для одних это серьёзная научная задача, для других — почва для фантазий и мистики. И чем дальше, тем яснее: человечество разделилось на три лагеря. Первые — учёные, вооружённые телескопами, спектрографами и терпением. Вторые — философы вроде Стивена Хокинга, которые верят в существование инопланетян, но советуют держать дистанцию. Третьи — ясновидящие и прорицатели, у которых контакт вот-вот случится, а вы просто ещё не купили билет на этот космический спектакль.
Фото носит иллюстративный характер
Астроном Сет Шостак из проекта SETI — человек, который десятилетиями «слушает» космос в надежде поймать сигнал, не похожий ни на один земной. Он уверяет: ждать осталось недолго, в пределах двадцати лет мы вполне можем что-то уловить. Причём речь не обязательно о классическом «Привет, земляне». Это может быть искажённый радиошум, странная последовательность сигналов или что-то, что сначала примут за помехи в аппаратуре. Но в астрономии, как в криминалистике: улика есть улика, даже если она выглядит, как случайный шум.
Гарвардский астрофизик Ави Лёб известен тем, что готов публично допускать смелые версии. Когда в 2017 году через Солнечную систему пролетел загадочный объект ‘Оумуамуа, Лёб всерьёз предложил, что это может быть зонд, посланный другой цивилизацией. Большинство коллег скептически отмахнулось, но сам факт: видный учёный не исключает, что первые признаки контакта мы уже упустили.
Есть и менее оптимистичные прогнозы. Физик Амри Вандель считает, что ждать придётся ещё лет четыреста. Аргумент прост: радиосигналы распространяются медленно, расстояния космические, а вероятность, что именно сейчас в радиусе наших «звуковых волн» есть цивилизация, готовая услышать и ответить, невелика.
А вот команда Space.com даже расширяет этот срок до 1500 лет. По их расчётам, сигнал, отправленный в эфир в 1936 году (например, трансляция Олимпийских игр), за 90 лет прошёл лишь малую часть Галактики. Если кто-то на другом конце решит ответить, ждать нам придётся в десять-пятнадцать раз дольше. Отличная новость для тех, кто боится инопланетян: паниковать ещё очень рано.
Стивен Хокинг был уверен: инопланетяне есть. Слишком много звёзд и планет, чтобы мы оказались единственными. Но он же был одним из главных «тормозов» в гонке за контактом. Его опасения можно выразить просто: «Встреча с ними может стать для нас тем же, чем прибытие Колумба стало для коренных жителей Америки». То есть цивилизация может быть и дружелюбной, но что если нет?
Для Хокинга контакт с более развитой цивилизацией — это всегда игра с асимметричными правилами. Мы можем быть для них просто интересным биологическим экспериментом или источником ресурсов. Сценарий, мягко говоря, не вдохновляющий.
Мир ясновидящих живёт по своим законам — и своим срокам. Болгарская прорицательница Баба Ванга, которая умерла в 1996 году, в списках своих предсказаний фигурирует с контактами с инопланетянами. Причём год назван вполне конкретный — 2025-й. По популярным версиям, всё произойдёт во время крупного спортивного события, причём «гости» якобы появятся в прямом эфире. Представьте финал чемпионата мира по футболу: стадион ревёт, а на табло вдруг высвечивается что-то вроде «Связь установлена».
В компании с Вангой идёт бразильский провидец Атос Саломе, получивший прозвище «живой Нострадамус». Он тоже обещает контакт уже в ближайший год. Сценарий примерно тот же: глобальное событие, эффектный выход, толпы свидетелей.
Но есть проблема: доказательств, что Ванга действительно делала такие прогнозы, нет. Исследователи её биографии уверяют, что многие «предсказания» ей приписали уже после смерти.
Ещё более кинематографично выглядело пророчество американки Рут Норман. В 70-х она уверяла, что на Землю прибудет флот «Интергалактической конфедерации» — сначала один корабль, потом ещё 33, а с ними тысяча инопланетных учёных и кристальные компьютеры с данными об Атлантиде. Корабли, впрочем, не прилетели. Либо планы изменились, либо Земля не прошла космическое собеседование.
Если обобщить, то получится занятная картина:
— учёные-оптимисты дают нам 20 лет;
— осторожные реалисты от науки — 400–1500 лет;
— мистики обещают шоу уже завтра, и желательно с прямой трансляцией.
Научная осторожность объяснима: контакт — это не просто обмен приветствиями. Это культурный, технологический и, возможно, биологический шок. Даже если он будет мирным, придётся пересматривать всё — от школьных учебников до международного права.
С другой стороны, мистические прогнозы, даже если они спорны, играют на нашем любопытстве. Они рисуют яркие картинки — космические корабли над стадионом, учёные в серебристых костюмах, чудесные технологии, способные вылечить всё, от простуды до экономического кризиса.
А пока контакт остаётся вопросом будущего, у нас есть редкая роскошь: наблюдать за этой гонкой прогнозов. Одни ведут расчёты по формулам, другие гадают на звёздах, а третьи уверены, что всё уже случилось, просто правительства скрывают правду.
Так что, возможно, первый контакт не будет ни триумфальным, ни катастрофическим. Может, он окажется таким же будничным, как первое письмо от нового соседа: «Здравствуйте, мы тут рядом живём. Не шумите по ночам, пожалуйста». Или, наоборот, на экране появится короткое сообщение: «Вайфай у вас есть?». И тогда уже мы будем решать — отвечать сразу или взять паузу на лет 400, чтобы всё обдумать.
