В тихом и спокойном Могилеве, где жизнь течет размеренно, новость о задержании серийного убийцы прозвучала как гром среди ясного неба. Оказалось, что все эти годы среди горожан жил человек, чья биография написана кровью десятков жертв. Скромный 53-летний рабочий, одинокий и неприметный, оказался тем самым монстром, который ввергал в ужас сразу три области Беларуси в конце девяностых. Почти 30 лет он спал спокойно, уверенный, что его кровавые тайны навсегда похоронены в прошлом. Но наука и упорство следователей оказались сильнее времени, и у зла, наконец, появилось реальное имя и лицо.
Фото МВД РБ
Задержанного зовут Юрий Викторович Демьянов. Всю жизнь он проработал на одном из крупнейших предприятий города, «Могилевлифтмаше», токарем и фрезеровщиком. Жил один в частном доме, никогда не был женат, не имел детей — классический портрет замкнутого, нелюдимого человека. Соседи и коллеги вряд ли могли бы сказать о нем что-то плохое, скорее — вообще ничего. Но за этой маской безликости скрывалась чудовищная патология. Во время обыска в его жилище были найдены многочисленные детские и женские вещи, а к стене был прикреплен ноутбук, который бесконечно транслировал порнографию.
Этот тихий человек, как выяснило следствие, несет ответственность за целую серию жестоких преступлений, совершенных с 1996 по 1999 год. На его счету как минимум восемь убийств и два покушения, сопряженных с изнасилованиями. Его жертвами становились девочки и молодые девушки в возрасте от 12 до 20 лет, которых он выслеживал в Могилевской, Витебской и Минской областях. На допросах он пытался объяснить свои мотивы, говоря, что, будь у него женщина, ничего бы не случилось, и что он уже «забыл» про ту жизнь. Он признавал вину, но при этом утверждал, что не является убийцей, а просто «тихий, мирный человек», у которого был «такой период». Психиатрическая экспертиза признала его вменяемым, выявив при этом целый букет расстройств личности и сексуальных предпочтений.
Почему же его не могли найти почти 30 лет? Ответ кроется в технологиях. В девяностых криминалистика еще не обладала теми возможностями, которые есть сегодня. Биологические следы, оставленные преступником на телах и одежде жертв, тогда отправляли на экспертизу в Германию, но даже там смогли выделить лишь часть генома, недостаточную для точной идентификации. Однако работа не прекращалась ни на день.
Прорыв случился благодаря современным методам работы с ДНК. Год назад по решению главы МВД в каждой области были созданы специальные рабочие группы по раскрытию преступлений прошлых лет. Эксперты научились работать с так называемой деградированной ДНК — старыми, полуразрушенными следами, которые раньше считались бесперспективными. Им удалось сгенерировать полный генотип убийцы. После этого началась колоссальная работа по проверке. За все годы по этому делу было проверено около 100 тысяч человек, а за последний год в поле зрения сыщиков попали более 40 тысяч мужчин, подходивших по возрасту и приметам. Проверяли всех: ранее судимых, пациентов психдиспансеров, работников коммунальных служб и крупных предприятий. В итоге этот титанический труд привел их в тихий частный дом в Могилеве.
Новые подробности дела раскрывают циничный и жестокий почерк маньяка. Он выбирал жертв хрупкого телосложения, которые не смогли бы оказать серьезного сопротивления. Местами преступлений становились самые обыденные и, казалось бы, безопасные места — подъезды, лифты, лестничные площадки и крыши многоэтажек. В 1997 году в Орше его жертвой стала 12-летняя девочка, которая просто возвращалась из школы, расположенной в соседнем дворе. Он убил ее в подъезде.
Там же, в Орше, он напал на девушку, которая загорала на крыше многоэтажки. Убийца задушил ее, изнасиловал, а тело хладнокровно оставил возле мусоропровода. В Могилеве его жертвой стала 15-летняя девочка. Он выследил ее во дворах, зашел следом в лифт, силой вытащил на седьмом этаже, задушил и отнес бездыханное тело на крышу. Сценарий повторялся с ужасающей методичностью в Витебске, Борисове, Жодино. Он нападал в подъездах, на общих балконах, однажды даже вломился в квартиру к 12-летней девочке, которая была дома одна. Он прекратил свою кровавую серию, как сам признался, не из-за раскаяния, а из-за страха быть пойманным. Просто решил, что «хватит» и «много убил». И этот страх позволил ему затаиться и прожить еще четверть века обычной жизнью.
Для Беларуси, которая по праву гордится своей безопасностью и низким уровнем преступности, это дело стало настоящим шоком. Такие серийные преступления — явление для страны чрезвычайно редкое, и каждый подобный случай оставляет глубокий шрам в общественной памяти. История, к сожалению, знает похожие примеры, когда за маской добропорядочного гражданина скрывался безжалостный убийца.
Самым известным маньяком советской эпохи был Геннадий Михасевич, прозванный «витебским душителем». В 1970–80-х годах он совершил более 30 убийств женщин и девушек. При этом он вел двойную жизнь: примерный семьянин, передовик производства, активист и даже народный дружинник, помогавший милиции. Его поимка стала одним из самых громких дел в истории советской криминалистики, омраченным еще и тем, что до него за его преступления были осуждены невиновные люди, одного из которых даже расстреляли.
Уже в девяностые, в то же самое время, когда в Могилеве, Витебске и Минске орудовал Демьянов, в Полесском регионе действовал другой серийный убийца — так называемый «мозырский душитель». Он также нападал на женщин, и его поиски держали в страхе весь регион, пока он не был найден и осужден. Эти случаи, как и недавнее задержание Демьянова, служат мрачным напоминанием о том, что зло может носить самую обыденную маску.
Задержание Юрия Демьянова — это знаковое событие для всей страны. Оно доказывает, что у самых страшных преступлений нет срока давности, и что благодаря современным технологиям и упорству правоохранителей возмездие неотвратимо, даже если оно приходит спустя десятилетия. Эта история — болезненное, но необходимое напоминание о том, что даже в самом безопасном и спокойном обществе, за фасадом обыденной жизни могут скрываться страшные тайны, и что бдительность никогда не бывает излишней. Призрак из лихих девяностых, наконец, пойман, и это должно принести хоть какое-то умиротворение истерзанным душам его жертв и их семей.
